ПОИСК




Издание зарегистрировано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия, свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-21265 от 08.06.2005 г.  
2019  N7-8(172-173)
ПРИРОДА
НЕСКУЧНАЯ ПУСТЫНЯ
Среди расхожих мифов обыденного сознания есть миф о том, что пустыня скучна и однообразна. Но кто бывал в Каракумах – одной из самых больших пустынь мира, знает, что это не так. Помимо разнообразия впечатляющих ландшафтов, редкой флоры и фауны там есть и немало археологических памятников: от стоянок первобытных людей, святилищ древних кочевников-массагетов до руин глиняных замков – караван-сараев эпохи Шелкового пути и усыпальниц мусульманских святых. Есть и природные феномены, такие, например, как газовый кратер, именуемый ныне «Сияние Каракумов». О некоторых из них, наименее известных, удаленных от обычных туристических маршрутов, стоит рассказать подробнее.
Из аэропорта города Туркменбаши отправляемся в глубь пустыни, примыкающей к заливу Карабогазгол. Первые десятки километров вдоль асфальтированного шоссе тянется ровный и унылый пейзаж. Лишь археологи знают, что где-то здесь затерялись следы первобытных людей, которые начали осваивать эту часть приморской низменности в эпоху мезолита. Но об этом дальше.
А пока взглянем на пролетающие вдоль нашей дороги возвышенности и впадины глазами геологов. По сути, мы въезжаем на геологическую территорию юрского периода, который закончился в истории Земли 145 миллионов лет назад. Помимо динозавров и других вымерших рептилий тогда жили и малозаметные на их фоне млекопитающие, птицы и рыбы, а в толще воды плавали аммониты – головоногие моллюски размером от одного сантиметра до двух метров. Их окаменевшие раковины образовали многометровые слои в осадочных породах по всей пустыне Восточного Прикаспия и особенно хорошо видны в каньонах южной окраины плато Устюрт. Расположенные там плосковерхие горы Туаркыр, Аккыр, Эрсарыбаба и другие гряды, а также Кемал-Узбойская ложбина между ними и песками Чильмамедкум – цель нашего путешествия.
Здешние равнины не такие уж ровные: тут и там встречаются пологие прогибы, а также обширные и глубокие впадины, узкие ущелья и балки. Дно большинства котловин покрыто топким солончаком или песком. Миновав поселок Кошоба, шоссе резко ныряет вниз в бескрайнюю ложбину – и картина вокруг сразу становится другой. Впереди – череда каньонов, создающих едва ли не марсианский пейзаж, так как преобладает красный цвет с желтыми и синими прослойками. А главное – почти никакой растительности.
Неслучайно туркмены называют эту местность Янгын-кала, что означает «Пылающая», или точнее, «Огненная крепость». И в закатных лучах солнца эти каньоны действительно кажутся охваченными пожаром.
Резко отличаются от прочих мест не только горы, но даже пески здесь разные! Одни образовались за счет разрушения местных горных пород, другие приносились с высокогорий Памира Амударьей, некогда впадавшей в Каспий, третьи откладывались на дне древнего моря и представляют собой раздробленные волнами раковины морских моллюсков, четвертые – не что иное, как массивы стертых в мельчайшие зерна известковых и кремниевых останков микроорганизмов. И все они, когда ушло море, переносились и обкатывались ветром, оседая через сотни километров. Такие пески бывают самых разных цветов и оттенков: от серо-стального до желто-красного.
Около 15 тысяч лет назад Кемал-Узбойская ложбина представляла собой залив Каспийского моря. Это была эпоха палеолита – самая длительная в истории человечества, когда люди еще не знали земледелия, скотоводства и не умели изготавливать глиняную посуду. Они жили небольшими группами, собирали растительную пишу и охотились на диких животных, а пользовались главным образом оббитыми камнями и кремнем, из которого делали наконечники стрел и ножи, а ударами его осколков высекали огонь. Каменные и кремневые орудия – это все, что осталось от эры, длившейся около двух миллионов лет, когда шла эволюция, завершившаяся появлением вида homo sapiens.
На территории Туркменистана следы палеолита найдены лишь в Балканском велаяте. Тусклым перламутровым блеском мелкие кремневые нуклеусы (камни с начальной ручной обработкой) сверкают в песке, среди галек и щебня, на местах стоянок первобытных людей. Только при внимательном наблюдении и только пешком, а не из автомобиля, и только заранее зная, в каких условиях следует искать эти древнейшие орудия человека, они могут быть замечены сегодня. Их яркие образцы имеются в коллекциях Туркменбашинского краеведческого музея, Балканабадского велаятского музея и, конечно, есть они в Государственном музее Туркменистана в Ашхабаде.
Пока археологи зафиксировали лишь несколько стоянок, где во второй половине прошлого века проводились раскопки. А работали здесь крупнейшие специалисты в этой области: академики Борис Пиотровский, Алексей Окладников, профессора Павел Борисковский, Василий Любин, Геннадий Марков, доктора исторических наук Хемра Юсупов, Леонид Вишняцкий и другие.
Стоя посреди абсолютно плоской равнины, человек видит горизонт вокруг себя не более чем на 2–3 километра. А с утеса, который туристы прозвали «Челюсти крокодила», открывается поистине необозримая даль на 80–90 километров! Глядя на север, видишь, как блестит на солнце поверхность залива Карабогазгол, а на юге тянется длинной грядой хребет Большой Балхан. Дух захватывает панорама таких просторов. Но самое необычное внизу, на глубине около ста метров, где простирается древнее морское дно с отдельными островками и морщинами рифов. Это изолированные возвышенности, уцелевшие после бесконечно долгих геологических процессов. Их крутые склоны состоят из разноцветных горизонтальных слоев известняка, белых гипсовых прослоек и вертикальных складок-промоин.
Выражение «капля камень точит» здесь надо понимать буквально: размывающая сила воды наряду с опустошающей силой ветра на Янгын-кала выражены вполне наглядно. Особенно необычны скалы и каменные глыбы, внутри которых – пустота! Они попросту выветрились, осталась лишь хрупкая на первый взгляд скорлупа или массивные каркасы твердых пород, нависающие над пропастью, как упомянутые «Челюсти крокодила». Под одним из таких каменных навесов прятался от солнца знаменитый русский геолог Николай Андрусов, когда, увлекшись сбором образцов, отстал от своего отряда во время путешествия в Закаспий в далеком 1887 году. «Гребень Туаркыра привел меня в восхищение, – вспоминал академик много лет спустя в своих мемуарах. – В нем прекрасное обнажение наклонно падающих юрских пластов с чудесными аммонитами”.
Значение этого региона для толкования истории планеты Земля открыл в начале прошлого века коллега и сверстник Андрусова, профессор Йенского университета Иоганнес Вальтер, побывавший здесь во главе немецкой палеонтологической экспедиции. Действительно, ни в одном другом уголке Туркменистана аммониты не встречаются в таком большом количестве и в такой хорошей сохранности.
Известный палеонтолог, академик Курбан Аманниязов в свое время посвятил им отдельную монографию. Он описал 52 вида аммонитов верхнеюрских отложений Туаркыра, выделив среди них 4 семейства и 6 родов. Они находились в древнем океане Тетис, одним из остатков которого является бассейн Каспия. Это позволило ученому еще в пятидесятые годы прошлого века разработать детальную схему геологической стратиграфии Балканского велаята, необходимой для поиска месторождений нефти и газа.
В чем еще одна особенность этой пустыни? Конечно, абсолютная тишина. Не слышно здесь ни щебета птиц, ни шума деревьев, ни журчания воды. Только ветер завывает в ушах, если стоять на какой-нибудь возвышенности. Ни звука не издают и здешние обитатели: зайцы, змеи, черепахи, ящерицы, ежи, грызуны и самые разные насекомые. Почти невозможно встретить местных хищников, ведущих ночную жизнь: волков, полосатых гиен, медоедов, одиноких каракалов, манулов и барханных котов. Стремительно сокращается поголовье быстроногих антилоп-сайгаков – старожилов Южного Устюрта, совсем пропали стада джейранов. Но зато нам посчастливилось увидеть табун одичавших лошадей!
Самое посещаемое место этого края – некрополь Гезли-ата, расположенный в котловине близ пестрых гор. Они как слоеный пирог состоят из красно-коричневых юрских мергелей разных оттенков, покоящихся миллионы лет на меловом слое песчаника. В центре некрополя сегодня стоят два недавно построенных мавзолея. Они отмечают места захоронения жившего в XIV веке суфийского шейха Хасана-ата, известного под прозвищем Гезли-ата (Отец-провидец) и его жены Аксиль-мама (ударение на последней букве) – дочери казахского бая. Свое прозвище Гезли-ата получил за необыкновенную способность предсказывать события. Его могила в течение уже шести веков служит местом паломничества туркмен и казахов, проживающих в Прикаспии, а его имя не раз упоминал в своих стихах великий Махтумкули, обращаясь к нему за духовной поддержкой.
О жизни легендарного ясновидящего известно совсем мало. Родом он был из Хорезма, образование получил в суфийской школе Ходжа Ахмеда Ясави в городе Туркестане (средневековая Яса). Проповедовать начал в степях между Аральским морем и Волгой, обращая в ислам живших в тех краях скотоводов-язычников. «Там, скорее всего, и состоялся его брак с казашкой Аксиль, – рассказывает этнограф Сергей Демидов. – Затем он перебрался к прикаспийским туркменам, где и нашел ту благоприятную для своей суфийской деятельности среду, которую искал. У него было три сына – Нур-ата, Омар-ата и Ибрагим (Ывык-ата). Их потомки образовали одну из шести туркменских, считающихся святыми, групп – ата».
Сохранилось немало легенд, связанных с Гезли-ата. Одна повествует о том, как он отвратил магическую стрелу, пущенную врагом в великого шейха Ходжа Ахмеда, в других он спасает путников, сбившихся с дороги и затерянных в пустыне, превращает кислое молоко (айран) в масло и, конечно, выступает в роли ясновидящего. А еще он практиковал ритуальные пляски – так называемый громкий зикр (джахр), ставший элементом лечебной практики шаманов-порханов, а со временем превратившийся в самый известный туркменский народный танец «куштдепди».
Неудивительно, что к месту погребения Гезли-ата за веком век идут, а точнее, едут издалека многочисленные паломники. Для них теперь построено несколько гостиничных корпусов, небольшая мечеть, созданы удобства для проведения поминальных трапез – садака.
В 30 километрах к востоку от Гезли-ата находится другая святыня – Кемал-ата. Правда, прямой дороги к ней нет, приходится делать значительный объезд, чтобы миновать непроходимый участок рельефа. И вот мы у цели. Здесь также совсем недавно выстроен ритуальный комплекс, включающий купольный мавзолей и домики для паломников. У Кемал-ата есть еще и второе имя – Гайтармыш-ата, связанное с тем, что по народным поверьям он отводит от людей всевозможные видимые и незримые, известные и неведомые беды и напасти, оберегает от зла. Он считается прямым потомком Нур-ата, старшего сына Гезли-ата.
Нечто необыкновенное открывается внизу, прямо за околицей святого места. Просачиваясь по каплям сквозь скалистый берег, здесь образуется речка, уходящая на много километров в глубь Кемал-Узбойской ложбины, и теряется в солончаке. Днем сюда приходят на водопой верблюды и овцы, а ночью – дикие звери. Сотни валунов лежат вдоль глубокого русла с журчащей водой в тугайных зарослях и торчат едва ли не наполовину из вертикальной стены правого берега. Они тянутся большими скоплениями вдаль по каменистому склону, издалека напоминая стадо отдыхающих овец. По легенде, это и есть овцы, которых святой Кемал-ата превратил в камни, чтобы они не достались в пищу врагу, разорявшему этот край. А другая легенда гласит, что это были ядра, которыми разил неприятеля богатырь Эрсары-баба – еще более знаменитый персонаж местного пантеона святых. Ну а на самом деле это всего лишь обычные конкреции, причем не слишком большие по сравнению с теми, которые можно увидеть, если проехать еще дальше на восток.
Там, в 50 километрах от Кемал-ата, в местечке Сакар-йол на узком трехкилометровом отрезке плато возле современного поселка Гекдере находятся самые удивительные конкреции этого края. Помимо обычных известково-песчаных шаров разных диаметров там стоят двух- и даже трехъярусные окаменелости, вдвое выше человеческого роста, похожие на исполинских снеговиков. Неподалеку в том же районе есть участок под названием Гек-екуш, где сферические карбонатные конкреции достигают двух метров в диаметре, а прилипшие к ним более мелкие шары напоминают выпученные глаза гигантских лягушек. Возраст этих причудливых творений моря, по мнению геологов, составляет более 60 миллионов лет, когда наша планета находилась в конце мелового периода, сменившего юрский. Трудно даже вообразить, как долго стоят эти природные скульптуры!
Такие шарообразные минеральные агрегаты в мире не редкость. Их можно встретить на всех континентах в пористых осадочных породах. Японские ученые смогли выяснить, как протекал процесс их образования. Вкратце суть в том, что какое-нибудь погибшее морское животное (например, раковина моллюска) становилось ядром, вокруг которого достаточно быстро нарастали слои карбоната кальция. Шла кристаллизация, тело росло, потом море отступало или выкатывало эти валуны на берег, а на суше их рост прекращался. Но это знание дала нам наука. А у многих поколений живших в этих местах людей загадочные округлые камни будили воображение и порождали легенды. Неслучайно святыня Кемал-ата появилась возле лощины, где целая россыпь конкреций создает совершенно неповторимый пейзаж.
Вот так сошлись в этой части пустыни свидетельства ранней истории нашей планеты, а также первых шагов человечества на пути к цивилизации и совсем уже молодой по сравнению с ними средневековой культуры туркмен и казахов, для которых здешние горы и камни – важная часть их духовной жизни.

Какамурад АННАГЕЛЬДЫЕВ, Руслан МУРАДОВ


©Международный журнал "Туркменистан", 2005