ПОИСК



Издание зарегистрировано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия, свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-21265 от 08.06.2005 г.  
2009  N1-2(46-47)
ТЕМА НОМЕРА
ДРУГОЙ АШХАБАД
Самым сильным всегда оказывается первое впечатление. Сегодняшний облик туркменской столицы поражает воображение. По нему можно судить об экономической состоятельности бурно развивающегося государства, о грандиозности происходящих в нем перемен.

Если попытаться выделить одну, самую существенную черту застройки современного Ашхабада, то это будет, пожалуй, ее стильность. Стиль проявляется везде: он охватывает и традиционные здания, и новые типологии: дворцы разного профиля, деловые и культурные центры, дипломатические офисы, рекреационные сооружения – все то, чего здесь прежде никогда не было. Ашхабад вошел в 90-е годы как обычный социалистический город, совершенно неприспособленный к жизни в условиях рынка. Использование строительных площадей ограничивалось с Юга непомерно расширенной пограничной зоной, а с севера пустыней Каракумы. В городском облике преобладали малоэтажные застройки за исключением нескольких экспериментальных жилых двенадцатиэтажек. Не было здесь настоящих торговых и офисных площадей, не было полноценных зданий банков, благоустроенных гостиниц. Наконец, катастрофически не хватало жилья – даже самого элементарного: об элитных квартирах не было и речи. Большая часть жилого фонда была ветхой и неблагоустроенной.

Вот на этом безликом фоне и начинался строительный бум в столице – теперь уже не союзной республики, а независимого, нейтрального государства. Кроме всего сказанного городу не хватало именно «столичности», остро не доставало того объемно-пространственного размаха, который отвечал бы новому статусу главного города страны. И Ашхабад стал стремительно расти. Политическая воля руководства страны и ее экономическое благополучие позволили в кратчайший срок радикально изменить городской ландшафт, выстроить градостроительные доминанты, подвергнув полной ревизии прежний генеральный план. На заре XXI века стоял уже другой Ашхабад: утративший навсегда былую провинциальность и решительно укрупнивший масштаб, c улицами, расцвеченными рекламой и яркими переливами ночной световой палитры.

Но самое главное в случившейся метаморфозе – все-таки обретение стиля. Именно это обстоятельство делает сегодня город столь впечатляющим и незабываемым. Создание архитектурного стиля – единого и четко артикулированного – явление в современном мире крайне редкое. Но пример Ашхабада наглядно показывает, что при определенных условиях это достижимо. Более того, сегодня в быстро растущем мегаполисе на самом краю Каракумов фактически реализовались градостроительные идеи великого Ле Корбюзье – реформатора мировой архитектуры, которые еще в далекие 20-е развил идею города-сада с высокой плотностью населения, башнеобразными зданиями и большими озелененными пространствами между ними, с разделением путей движения пешеходов и транспорта, зон жилья, деловой активности и промышленности.

В современной застройке Ашхабада привычной нормой стала точечная застройка высотными (преимущественно 12-ти этажными) домами. Прежде всего, это жилые башни, в которых первые этажи отданы под торговые площади и службы сервиса. Крыши таких зданий увенчаны пирамидами, конусами, стрельчатыми куполами и прочими формами, создающих пестрый силуэт в общей панораме. Респектабельно выглядят взметнувшиеся ввысь здания банков, министерств и других государственных учреждений, где мрамор обрамляет вертикальные ленты из стекла с позолоченными декоративными решетками, отличаются пластической выразительностью объекты здравоохранения, не говоря уже о государственных и духовных символах – таких как Президентский дворец и дворец Рухыет, театры, музеи и комплекс зданий Культурного центра имени Сапармурата Туркменбаши, объединяющий концертный зал, Национальную библиотеку и музей первого президента Туркменистана. Эти ансамбли, в корне изменившие привычные контуры малоэтажной застройки, выстроены вдоль новых широких магистралей и объединены духом ориентализма, который пышным цветом расцвел в архитектуре нового Ашхабада. Как все это не похоже на монотонность и скуку индустриальных домов-коробок недавнего прошлого!

Нетрудно заметить, что стилевое единство столичной архитектуры обеспечивает тотальное применение белого цвета не только в окраске фасадов зданий, но и в оформлении монументов и даже деталей городского дизайна. Отсюда и ставший популярным слоган: «Белый город – Ашхабад». Благородство белой фактуры обеспечивает мрамор как отделочный материал. Он используется независимо от формы и функции сооружений. Мраморными плитками облицованы даже многие старые здания, прежде оштукатуренные или стоявшие в серых бетонных «рубашках».

Но увлечение мрамором – не дань моде, а закономерная реакция на опостылевшую эстетику модернизма. Возврат к классике, к торжеству симметрии, столь характерной для исламского мира и, в частности, для многовекового архитектурного наследия Туркменистана, оказался созвучным ожиданиям заказчиков и потребителей. К удивлению иных профессионалов, конфликт между спросом и предложением на архитектурном поле, столь острый всего лишь 20 лет назад, в новом Ашхабаде совершенно исчерпан. Между прочим, принятые здесь к исполнению концепции «города-сада» и «зеленого пояса» вокруг столицы по сути также являются альтернативами модернизму – движению в искусстве и архитектуре, которое нигде в мире не пережило минувший век, оставив следы и в Ашхабаде.

– Глубокий застой последних десятилетий советского периода фактически обесценил архитектурное творчество, – говорит заслуженный архитектор Туркменистана, руководитель творческого союза зодчих и почетный старейшина народа Атаберды Курбанлиев. – Авторы проектов были поставлены в зависимость от ограниченности в выборе материалов и слабой технологической вооруженности исполнителей, их нежелания строить что-либо сложнее панельной железобетонной коробки. Нынешняя ситуация возвратила нас к быстрой и качественной работе. Темпы строительства теперь таковы, что многие здания, возведение которых раньше растянулось бы на долгие годы, вырастают за считанные месяцы. Архитектура Ашхабада будет постоянно обновляться, опираясь на достижения мировой практики и новейшие технологии строительства, не теряя при этом связей с многовековым отечественным опытом при условии постоянной преемственности передовых творческий идей, когда практикующие архитекторы активно участвуют в процессе профессионального образования, в подготовке молодых специалистов.

О тенденциях в ашхабадской архитектуре XXI века нагляднее всего свидетельствуют сооружения последних двух лет, как уже законченные, так и строящиеся, и, разумеется, утвержденные проекты будущих зданий. Их много, они есть и в старой части города, и на проспектах, лучами расходящихся из центра на юг, в сторону гор. Именно там они формируют совершенно новый район, условно называемый Ашхабад-сити, возводимый вдоль проспекта Арчабил – многокилометрового современного автобана с двухуровневыми транспортными развязками на пересечении с другими проспектами. Здесь, рядом с 17-ти этажным Президент-отелем и 25-ти этажной башней, в которой разместились ведомства нефтегазового комплекса, минувшей осенью введен в строй 24-х этажный офис Министерства торговли и внешнеэкономических связей Туркменистана и Государственной товарно-сырьевой биржи. С востока к нему примыкает участок Национального музея. Его центральный корпус с большим голубым куполом, состоящим из 16-ти полусферических складок, был построен десять лет назад, а теперь слева и справа его дополнили два симметричных корпуса, где разместятся разделы природы и этнографии, а также Музей президентов Туркменистана.

В западной части проспекта Арчабиль стартовало возведение объектов, призванных стать если не сердцевиной, то самыми образными и яркими в структуре будущего Ашхабад-сити. В них наиболее выразительно использован еще один очень важный элемент стиля современной столичной архитектуры. Речь идет о геометрической фигуре в виде восьмиконечного многоугольника, которая широко применялась в средние века в архитектуре Туркменистана и сопредельных стран. Названная звездой Огуз-хана, эта фигура лежит и в основе композиции планов новейших городских сооружений, и в декорации фасадов новостроек. Она использована и в проекте Монумента Конституции Туркменистана, который призван стать символом незыблемости основ государства. Высота памятника по шпилю составит 185 метров, что символизирует дату принятия Основного закона страны – 18-е число 5-го месяца. На оси с этим монументом появится культурно-развлекательный центр, также содержащий восьмилучевую звезду как планировочный модуль. Доминантой этого сооружения будет огромное «колесо обозрения».

Тема «звезды Огуз-хана» развита в сложной пространственной композиции, составляющей замысел еще одного комплекса Ашхабад-сити – Дворца бракосочетаний. Его венчает сферический объем, символизирующий Земной шар, в обрамлении соединенных восьмилучевых рам. Внутри шара и под ним располагаются регистрационные залы, рестораны, ателье, салоны и фотостудии – все необходимое для одновременного обслуживания нескольких свадебных обрядов. Излишне говорить о том, что все названные объекты окружены ландшафтными парками, снабжены удобными подъездами и вместительными автостоянками.

Апофеозом стиля, в котором кристаллизовались его важнейшие идеи, станет телебашня, для которой выбрано место в живописном уголке предгорья на высоте 1020 метров над уровнем моря. Высота самой телебашни составит 2100 метров. От ее основания до середины встроен гигантский стеклянный экран в форме «звезды Огуз-хана». С двух сторон он будет сверкать на солнце, но это отнюдь не декоративный прием, а настоящий солнечный коллектор. Собирая энергию в течение дня, ночью он станет излучать ее, обеспечивая светом телецентр, прилегающий участок и мерцая в темное время суток на всю необозримую даль подобно маяку. Другая крупная перспективная новостройка – Олимпийский комплекс на территории существующего стадиона по проспекту Сапармурата Туркменбаши. В соседстве с ним возводятся три вуза: Институт экономики и управления, Институт культуры и Государственная академия пограничной службы – все они будут использовать спортивные сооружения комплекса и как свою учебно-тренировочную базу. Территория, выделенная под строительство Олимпийского комплекса, тянется почти на 3 километра вдоль проспекта и занимает площадь 157 гектаров.

Кроме стадиона, подлежащего реконструкции, здесь появятся ледовая арена для хоккея, спортивная школа-интернат для олимпийского резерва, параолимпийский центр, зимний и летний плавательные бассейны, крытый теннисный корт, крытый велотрек, тренировочные залы для всех основных видов спорта, два отеля, бизнес-центр, гипермакет, жилые корпуса для спортсменов и многое другое.

Подлинным украшением столицы стал недавно возведенный фонтан-монумент, изображающий Огуз-хана и его сыновей, который встречает всех, кто въезжает в город из столичного аэропорта. Этот фонтан наглядно свидетельствует об особой, возросшей роли монументального искусства в современном облике столицы и щедром использовании воды в нынешнем оформлении города.

Панорама столичной архитектуры будет неполной, если не сказать о самой характерной черте новой градостроительной политики. Это широкомасштабная жилищная программа, реализация которой находится в числе приоритетных задач правительства и городской администрации. Комфортабельные квартиры в многоэтажных домах, одетых в мрамор, счет которым идет уже на сотни, стали доступными и привлекательными для людей со средним уровнем доходов благодаря льготному кредитованию, а одновременное формирование социально-бытовой инфраструктуры новых жилых районов обеспечивает ашхабадцам максимум удобств.

Параллельно с возведением монолитных «высоток» началось строительство нескольких групп четырехэтажных 40-квартирных домов, проектируются и районы индивидуальной застройки для многодетных семей, состоящих из сборных двухэтажных коттеджей с двориками и встроенными гаражами. Лейтмотив новой жилищной программы, равно как и эстетика современного Ашхабада лучше всего выражены в лозунге, который в Туркменистане уже обрел силу резолюции: «Государство для человека».

«Ашхабад – город-символ эпохи нового возрождения», – так выразился президент страны Гурбангулы Бердымухамедов, выступая на недавней презентации проекта развития столицы Туркменистана. Эти слова точно определяют высокое предназначение новой ашхабадской архитектуры, а ее характер – это уже производное тех концептуальных и творческих задач, которые успешно решаются под непосредственным патронажем национального лидера. Президент часто подчеркивает необходимость ценить, беречь и развить культурные, художественные и архитектурные традиции туркменской земли, строя на их основе смелую, новаторскую, самобытную архитектуру и в то же время бережно сохраняя национальный колорит.

Руслан МУРАДОВ


©Международный журнал "Туркменистан", 2005