ПОИСК



Издание зарегистрировано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия, свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-21265 от 08.06.2005 г.  
2006  N1(10)
НЕ РАСТОЧАЙ!
УВАЖИТЕЛЬНОЕ ОТНОШЕНИЕ К ПРИРОДЕ У ТУРКМЕН ПРИВИВАЛОСЬ С МОЛОКОМ МАТЕРИ

На протяжении сотен тысяч или даже миллионов лет природа заботливо предоставляет человеку свои дары. На первый взгляд кажется, что это утверждение идет вразрез со сложившимися представлениями о том, что человек должен беречь природу, охранять ее (от себя же), помогать ей, отвоевывая у нее при этом пространство жизни. Хотя на самом деле эти взаимоотношения – человек-природа – нельзя разделять, даже условно, на две «договаривающиеся стороны», которые должны выполнить друг перед другом определенные обязательства.

Сегодня экологи планеты выражают общее мнение: «Способность биосферы к самоочищению близка к пределу». Как тревожно звучит этот вердикт! Ведь природа и есть первоначально данная человеку основа жизни, значит, этот «предел» грозит и нам, людям. И, может быть, настало время общеизвестный лозунг «Берегите природу!» сменить на «Берегите человека!» Ведь, конечно, недостаточно только государственных природоохранных мер, необходимо воспитать экологическое – в широком смысле этого слова – сознание человека. И в этом вопросе, как и во многих других, полезно вспомнить бесценный опыт наших предков.
Многовековая культура земледелия, выработанное за тысячелетия умение приспосабливаться к условиям проживания в различных ландшафтах сформировали у туркмен особый кодекс – почтительного отношения к природе и ее дарам. В эту область они вносили и нравственные основы, и нормы личной и общественной жизни, понимая ее как необходимый аспект воспитания человека.
Традиции туркменского народа включали комплекс мер по сохранению, рациональному использованию и восстановлению природных ресурсов, в том числе видового разнообразия флоры и фауны, богатства недр, чистоты вод и атмосферы. Жившие в суровых условиях, вынужденные денно и нощно заботиться о хлебе насущном, наши предки утверждали природоохранные традиции в повседневном быту, в трудовых обрядах и ритуалах, в самом отношении к окружающей среде.
Так, возделывая земли, они тщательно следили за чистотой плодородного пахотного слоя, именуемого «ерин гаймагы» – дословно «сливки земли». Согласно обычаю, строго запрещалось загрязнение почвенного покрова. Бытовые отходы, остатки дров, фуража, соломы и прочий мусор собирались в специальные ямы и сжигались или засыпались землей. Запрещалось выливать на землю керосин, пищевые остатки, мыльную воду ни возле дома, ни на отдаленном от жилища месте. После стирки вода сливалась в специально выкопанную для этого ямку. Эти меры предохраняли микроорганизмы в пахотном горизонте почвы от гибели, сохраняя ее естественное состояние.
При резке скота все отходы, будь то в населенном пункте или на пастбище, глубоко закапывали. На месте убоя разжигали костер, а затем засыпали его землей. Эти правила диктовались как гигиеническими, так и этическими нормами поведения.
В пустынных районах всемерно оберегали такыры, на которых собирали поверхностный сток. Очищали их, подметая веником, так же, как и в собственном доме или дворе. Вообще, условная граница между «жилым» и «нежилым» пространством не разделяла в сознании их на два разных мира: к природе действительно относились как к своему жилищу, где необходимо также поддерживать порядок, чистоту, достаток, мир и лад.
В целях сохранения редких лекарственных растений, ценных пород, плодовых и фруктовых деревьев предки туркмен создавали ограничения в употреблении отдельных видов. Запрещалось рубить чинары, серви (кипарис болотный), дагдан (каркас кавказский), эркек гызган (дереза туркменская), арчу, тутовые деревья, выкорчевывать кусты роз. Эти растения считались благородными, и их еще долго не трогали даже после высыхания. Кроме культурных фруктовых деревьев, запрещалось также рубить плодоносящие дикие орехи, фисташки, яблоки и виноград.
Животные тоже имели «право» на определенный «социальный статус». Независимо от того, как их использовали в домашнем хозяйстве, в отношении к ним никогда не допускалась грубость. По представлению туркмен верблюд – священное животное, а потому недопустимы даже иронические насмешки над его внешним видом. С не меньшим почтением относились к курице, которая по древним поверьям входила в «перечень» семи богатств мира (наряду с водой, землей, племенной лошадью). Конечно же, особым уважением пользовалась собака за ее верность и преданность. Большой грех держать ее в голоде. Уважали и любили кошек.
Из домашних животных особо ценной считалась овца. Пастух не имел права «ругать» ее. Даже форма чабанского посоха была установлена обычаем. Бытовало мнение, что животное может умереть, если пастух, погоняя, ударит его посохом, не имеющим изгиба, так как изгиб смягчал удар.
У туркмен-скотоводов в старину существовал обычай, называемый в дословном переводе «связывать пасть волка». Если стадо разбегалось, то пастух «связывал» пасти волков магическими заклинаниями, чтобы разбредшиеся овцы остались невредимыми. Но через определенное время полагалось снять заклятие и «открыть» пасть волку, так как волк был почитаемым животным и заставлять его ходить с «закрытой» пастью, оставляя голодным, нельзя.
Существовали ограничения и в охоте на джейранов, архаров, коз, фазанов, уток, куропаток и т.д., а убивать некоторые виды птиц (например, жаворонок, удод, ласточка) было грешно. Вообще же, не оправданное насущными потребностями убийство диких животных или птиц осуждалось: живи, и дай жить другим.
У туркмен бытовало выражение «исрип харам» – буквально «запрещается расточать». Этот девиз внушался с ранних лет и воспитывал уважительное и рачительное отношение к природе, ее дарам, причем не только материальным, но и культурно-эстетическим. Ценилось любое проявление красоты – будь то живописный ландшафт или скромный полевой цветок. Наши предки умели видеть это красоту, умели ее беречь и умножать, предъявляя повышенные требования не к окружающим условиям, а к самим себе. В этом корень общей культуры человека. И он «и ныне там».

Виктория БАЙЛИЕВА, журналист, Ашхабад


©Международный журнал "Туркменистан", 2005