ПОИСК



Издание зарегистрировано Федеральной службой по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия, свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-21265 от 08.06.2005 г.  
2016  N11-12(140-141)
ИСТОРИЯ
МОЗАИКА АНАУ: ИЗ РУИН В МУЗЕЙ
2016-й, объявленный в Туркменистане Годом почитания наследия, преобразования Отчизны, отмечен серией акций, связанных с сохранением национальных традиций и памятников культуры.
Как известно, один из главных аспектов государственной политики в сфере охраны и реставрации исторических сооружений – сотрудничество с авторитетными международными организациями и фондами, в том числе и с Фондом посла США по сохранению культурного наследия. В этом году при его поддержке завершились реставрационные работы на средневековом караван-сарае Даяхатын в Лебапском велаяте и на архитектурном комплексе Исмамут-ата в Дашогузском велаяте. Первый из них осуществлен специалистами Национального управления Туркменистана по охране, изучению и реставрации памятников истории и культуры, второй – сотрудниками Института истории Академии наук.
В августе в Музее изобразительных искусств состоялась церемония завершения проекта реставрации мозаики, когда-то очень давно украшавшей фасад мечети XV века, рухнувшей в результате ашхабадского землетрясения 1948 года. Этот проект стартовал три года назад, в течение которых сотрудники музея совместно с коллегами из Государственной академии художеств Туркменистана провели сложную и кропотливую работу по воссозданию основных элементов декоративного убранства погибшего памятника.
Руины мечети находятся в семи километрах к востоку от кольцевого автобана вокруг столицы Туркменистана, рядом с автодорогой Ашхабад – Мары, в плодородной долине между пустыней Каракумы и горным хребтом Копетдаг. Уникальное во многих отношениях здание тимуридского периода известно как мечеть Анау, или святыня Сейит Джамал-ад-Дин. Hедалеко от него можно увидеть знаменитый археологический памятник эпохи энеолита (V–III тысячелетия до новой эры). Он состоит из двух холмов, северного и южного, исследование которых начато в 1904 году американской экспедицией под руководством Рафаэля Пампелли. После публикации в США в 1908 году материалов этой экспедиции холмы Анау получили мировую известность, став главным источником для изучения древнеземледельческих культур Южного Туркменистана, которые с тех пор стали называться анаускими. Между тем это были небольшие рядовые поселения, не идущие ни в какое сравнение с такими крупными и богатыми в археологическом отношении соседними памятниками, как Намазга-депе, Кара-депе, Алтын-депе, также расположенными в Прикопетдагской долине. Известность Анау обусловлена лишь тем, что это был первый из открытых памятников данного круга. На протяжении ХХ века он не раз становился объектом новых исследований советских и американских археологов.
К востоку от энеолитических холмов Анау расположено большое средневековое городище. Никто не знает, как назывался в древности существовавший здесь город. Исследователи склонны были отождествлять его с парфянским «станом» Гатар, который упоминает древнегреческий путешественник и географ Исидор из Харакса. Предполагалось, что в Средние века этот город носил название Багабад. Но письменные источники XIII–XV веков связывают эту местность с крепостью Сулук. Нынешнее название «Анау» употребляется только с середины XVIII века. Мощное городище площадью около семи гектаров окружено кольцом обвалившихся и оплывших стен с башнями и широким, почти засыпанным рвом, возвышается над равниной на 10–12 метров. Ученые выяснили, что верхняя часть крепостной стены была возведена из сырцовых кирпичей, а в нижнем слое обнаружены остатки более ранней глиняной стены. За крепостью, в юго-западном направлении, располагался провинциальный городок XVIII–XIX веков сельского типа, занимавший площадь около 250 гектаров. Теперь вся его территория распахана под посевы.
Археологические работы на крепостном холме выявили там самый нижний слой, относящийся к раннепарфянскому времени. Обнаружена также керамика доарабского периода, значительный слой IX–X веков, когда поселение уже выросло за пределы крепости, а также керамическая посуда с гравированным орнаментом XI–XII веков, когда в культуре города отмечен спад. Во время монгольского нашествия крепость была разрушена, однако жизнь здесь вскоре возобновилась, так как имеется значительное число находок XIII–XIV веков. Новый подъем произошел при Тимуридах, но от этого времени осталась лишь подземная сардоба XV века с круглым резервуаром под кирпичным куполом, а на юго-восточном гребне былой стены, недалеко от центральных ворот, – руины мечети перед могилой шейха Джамал ад-дина.
Сама мечеть построена, согласно надписям на фасаде и в интерьере, когда этой провинцией управлял тимуридский наместник Абу-л-Касим Бабур Бахадур-хан (с 1446 по 1457 год). Финансировал строительство его визирь Мухаммед Худайдат, выбравший место у могилы своего отца, того самого шейха Джамал ад-дина, уроженца Анау. Мечеть была задумана как большой религиозный комплекс и сочетала поминальный зал (зияратхана), обитель суфиев (ханака), комнаты (худжры) для паломников и, вероятно, духовное учебное заведение (медресе). Композицию здания определяло его расположение на падающем рельефе у гребня былой крепости. Для этой монументальной постройки характерны асимметрия правого и левого крыла, свободное сочетание разновеликих купольных объемов, пространственная легкость интерьеров. Вдоль трех фасадов главного здания на склоне холма был цокольный этаж с худжрами, плоская кровля которого достигала уровня пола в мечети и служила открытой террасой. Квадратный зал пролетом 10,5 метра был перекрыт куполом, опирающимся на четыре мощные пересекающиеся арки и тромпы. Эту конструктивную идею лишь за несколько лет до возведения мечети Джамал ад-Дина ввел в архитектуру Ирана и Турана архитектор Кавам ад-Дин Ширази. Стены внутри зала членились на три яруса: в нижнем находились стрельчатые ниши с выходами на террасу, а в верхних – ниши-лоджии. В угловых частях здания размещались винтовые лестницы. Они вели к обводным галереям второго и третьего уровней.
Зал раскрывался на север обширным сводчатым проемом. Снаружи он представлял собой выразительный портал с богатым декоративным убранством, который служил центром композиции двора. Портал был облицован шлифованным кирпичом со вставками синих и голубых изразцов и мозаичными наборами, его верх оформляла сквозная аркатура с семью проемами, в которых были заметны следы витражей. Во внутреннем поле фронтона – тимпане над аркой помещалось мозаичное изображение двух драконов на фоне цветов яблони. Они были обращены друг к другу в геральдической позе – сюжет, имеющий древние местные корни и достаточно распространенный в исламском искусстве и архитектуре, а также имеющий аналогии в Китае.
Змеиные тела анауских драконов-аждарха с четырьмя пятипалыми когтистыми лапами прекрасно вписаны в тимпан над центральной аркой мечети. Их отличает мощная экспрессия, они словно застыли в движении и этот эффект достигнут умелым стилизованным рисунком их голов с выпученными глазами, клочковатыми прядями бороды и гривы, всей динамикой их извивающихся фигур. Темно-фиолетовая чешуя драконов выделена белым контуром, а плавниковые отростки вдоль их спин показаны медово-желтым цветом. Из раскрытых пастей высунуты языки, связывающиеся с растительным орнаментом, плотно окружающим эти фантастические существа. Насыщенный синий фон всей мозаики с драконами гармонично сочетается с терракотовым оттенком кирпичной облицовки портала. Все это свидетельствует о большом мастерстве и тонком художественном вкусе неизвестного автора, а также исполнителей его замысла.
Технология мозаичных панно мечети Анау типична для архитектуры Афганистана, Ирана и Средней Азии XIV–XV веков. Это обычный в строительной практике того времени кашин – силикатная, глазурованная по поверхности керамическая масса, близкий аналог европейской майолики. Химический анализ образцов показал, что кашин анауских мозаик состоит из кварца с добавками глинозема и извести. Красящие вещества содержат окислы кобальта, меди, марганца и железа. Пористая структура черепка способствовала проникновению в него глазури, образующей по поверхности тонкий стекловидный слой. Его отличает чрезвычайная интенсивность тона. Кашин легко режется, что позволяет выпиливать из большой кашинной плитки всевозможные криволинейные фигуры, составляющие мозаику. Набор больших мозаичных панно тимпанов с драконами предварительно осуществлялся на квадратных панелях, которые крепко примораживались к стене на толстом слое гипса с примесью глины (ганч).
Святыня в Анау давно привлекла к себе внимание исследователей. Одновременно с изучением ее конструкций проводились мелкие ремонты, а самые масштабные работы по обмерам и фотофиксации памятника осуществлены в 1947 году отрядом Южно-Туркменистанской археологической комплексной экспедиции (ЮТАКЭ) под руководством Галины Пугаченковой, которая впоследствии опубликовала книгу «Мечеть Анау», содержащую всестороннее и глубокое исследование этого выдающегося памятника исламской архитектуры.
В конце XIX века здание было уже сильно пострадавшим из-за просадок грунта, землетрясений, нередко имевших место военных действий и полностью рухнуло в результате ашхабадского землетрясения 6 октября 1948 года. Панно с драконами, разбившееся при падении с высоты нескольких метров на мелкие осколки, оказалось сразу же засыпанным 2–3-метровым слоем упавших стен. Лишь отдельные фрагменты этого панно были извлечены в ходе локальных расчисток, основная же часть былой композиции 53 года находилась под спрессованными от времени завалами. Благодаря осуществлению проекта при поддержке Фонда послов США по сохранению культурного наследия 15 лет назад удалось расчистить площадь перед главным фасадом мечети Анау, частично укрепить остатки ее стен и, самое главное, извлечь все уцелевшие фрагменты мозаики. Эта работа выполнена сотрудниками Национального управления Туркменистана по охране, изучению и реставрации памятников истории и культуры. К сожалению, осталось только около 30 процентов этого панно. Все фрагменты бережно склеены и теперь их можно видеть в зале древностей Музея изобразительных искусств в Ашхабаде.
В фонд музея поступило также большое количество мозаичного декора с фасада мечети Анау, который относится к другим частям портала: обрамлению тимпана, боковым пилонам и арабской надписи над тимпаном. Разбор и систематизация найденных фрагментов стали предметом первоначального этапа работы в рамках проекта, осуществленного в 2013–2016 годах также при поддержке Фонда послов США по сохранению культурного наследия. Новая рабочая группа провела локальные полевые работы на том участке руин мечети, который не был затронут раскопками 2001 года. Было выявлено и передано в музей еще немало деталей облицовки фасада.
По словам менеджера проекта Дженнет Карановой, в результате длительного лабораторного изучения каждого пронумерованного куска удалось найти его место в общей композиции главного фасада. Прежде всего это лента обрамления тимпана, а также большое эпиграфическое панно. Сохранившиеся фотографии первой половины ХХ века, обнаруженные в ходе архивных изысканий, позволяют рассмотреть многие важные подробности утраченного фасада мечети. Так, стало понятно, что тимпан портала окаймляла пестрая полоска змеевидного декора, набранного из вписанных друг в друга слегка ломающихся остриев. Этот декор не имеет параллелей в архитектурной орнаментации других памятников той эпохи. Мотив данного узора сохранился в туркменском ковроткачестве, а более глубокие корни подобного декора известны по расписной керамике эпохи бронзы с памятников прикопетдагской равнины Кара-депе, Ясы-депе, Намазга-депе. Аналогичной декоративной полоской и в настоящее время оформляют края туркменских национальных халатов.
В процессе реконструкции этих участков мозаики руками опытного архитектора-реставратора Гайгысызчары Долыева все фрагменты были смонтированы на специально изготовленных гипсовых панелях, армированных металлической решеткой. В результате реконструкции собранные фрагменты укреплены на своих местах, а оставшиеся лакуны заполнены гипсом с контурной прорисовкой отсутствующих частей орнаментов. Теперь панно тимпана мечети Анау экспонируется в музее в более полном виде и свидетельствует о высоком искусстве мастеров XV века.

Руслан МУРАДОВ


©Международный журнал "Туркменистан", 2005